Атмосфера просторных помещений данного уровня наполнена бесконечным количеством поэтических образов. Повсюду рассыпаны жемчужины мыслей. Знакомые слова здесь обретают неимоверную глубину и удивительную мелодику…

Правда, довольно скоро выясняется одно обстоятельство – среди всего этого поэтического богатства надо искать свои, только тебе принадлежащие драгоценности, поскольку душа, поэтическая душа, та, о которой так много говорилось ранее, отказывается принимать какие-либо перлы, не подходящие твоему внутреннему самоощущению.
Достигший данного уровня поэт вдруг очень точно и изнутри начинает понимать доселе просто красивые выражения – «душа обязана трудиться…», «тысячи тонн словесной руды…», «муки творчества…» Ему приходит осознание того, что слова, из которых он создает образы и музыкой которых он наполняет произведения, слова, над которыми он имеет весьма большую власть, не только подчиняются ему, но и сами требуют, выдвигают условия и настаивают на правах.
Появляется к тому же фигура читателя. Пусть он – и «обманываться рад», и «обмануть его не трудно», но поэт чувствует, что читатель имеет иногда почти физическое влияние на процесс создания стихов.
Попытки порой дать себе послабление, недоработать, поиграть в творческий беспорядок и поэтическую неряшливость, почти не заметны со стороны, так как техническое мастерство скрывает недостатки и выводит на первый план достоинства, неоспоримые и заслуженные, но самому поэту эти пороки будут видны всегда. Укоры собственной поэтической совести – неотъемлемый атрибут того высокого уровня, на который мы с вами поднялись. Пронзительное и глубокое понимание поэзии на данном этаже храма ощущается не только наградой, но и бременем.
Большое количество действительно хороших стихов, выходящих из-под пера, искупает, казалось бы, творческие трудности, мучения, душевные усилия, благосклонные отзывы читателей и критиков тоже, вроде бы, доставляют немало радостных минут, но, почему-то, нет полного удовлетворения, нет ощущения покоя и равновесия. Что-то незримое постоянно подталкивает в сторону ступенек, ведущих на следующий этаж.
Умудренный опытом, взошедший на серьёзный поэтический уровень, постигший множественные секреты мастерства поэт чувствует, что и там, скорее всего, облегчения не наступит…

Очень немногие все же уходят выше.
Мы тоже последуем туда. Познавательную экскурсию никто нам запретить не в силах.

(продолжение следует)