Основополагающая роль огурца в русской классической литературе. Символика и семантика

Напрасно думают иные невежды, что огурец – это проходящая тема русской литературы. Огурец – основополагающий элемент любого произведения. Он (огурец) несет в себе сакральный смысл и служит метафизическим основанием, базисом для любой серьезной литературной работы. Исследования многочисленных ученых – огурцеведов подтверждают этот неоспоримый факт.
Множество художественных произведений, начиная от летописей подвижников – несториан и заканчивая современной литературой, потенциально содержат в себе огуречный образ, концептуализируются на огурце.
Вот, в «Повести временных лет» мы читаем: «Так же и эти славяне пришли и сели по Днепру и назвались полянами, а другие – древлянами, потому что сели в лесах, а другие сели между Припятью и Двиною и назвались дреговичами, иные сели по Двине и назвались полочанами, по речке, впадающей в Двину, именуемой Полота, от нее и назвались полочане. Те же славяне, которые сели около озера Ильменя, назывались своим именем – славянами, и построили город, и назвали его Новгородом. А другие сели по Десне, и по Сейму, и по Суле, и назвались северянами. И так разошелся славянский народ, а по его имени и грамота назвалась славянской.» (1; 45)
Несомненно, что расселившись по этим местам, славяне тут же принялись возделывать огуречные плантации, о чем нам и рассказывает летописец Нестор.

Как правильно замечает академик В. В. Виноградов: «А между тем, если, строя объект науки, исходить не только из общих рассуждений, но и из конкретных данных, то станет ясно, что есть два разных аспекта, из которых может вырастать стилистика.» (2; 67). Если речь заходит об огурцах, то нельзя руководствоваться только общими рассуждениями, нужно основываться на конкретных данных об этом важном для всех литературоведов и просто читателей предмете. Последуем же мудрому совету академика.

Огурец! Сколько русского, народного, поэтического в этом простом, зеленом, крепком и пупырчатом огородном фрукте. Сколько необузданной силы, свежести, сколько кипучей энергии русской природы заключено в мякоти этого плода, сколько витаминов, микроэлементов, сколько беленьких, проворных семян под шкуркой огурца. Это ж с ума сойти можно, если задуматься всерьез! Нет ничего полезней и патриотичней зеленого огурца.

В трудные времена, когда бури и невзгодные непогоды укрыли небо мглами, классики всегда прибегали к испытанному средству – к огурцу. Вот, например, взгляните, сколько раз упоминает в своих бессмертных рассказах и повестушечках огурец Николай Васильевич Гоголь. Немного? Это потому, что каждый раз, когда следовало его упомянуть, правая рука Гоголя твердо сжимала огурец, а левая чарку с живительной влагой. С этим согласны большинство очевидцев великого писателя.
Весь XIX век – век огурца. Исходя из инновационных воззрений науки о литературности, которая прямо говорит о сигнификации огуречного символа в произведениях классического периода, о порождении речевых субъектно – объектных связей с посредством огуречной семантики, мы можем целостно охватить взглядом творчество писателей эпохи критического реализма. Чем вызвана специфика жанров и концептуальная особенность тем литературы второй половины XIX века? Исключительно метафизическим осмыслением огуречных образов, занимающих ключевую роль в любом произведении эпохи. Возьмем, к примеру, следующий фрагмент романа «Анна Каренина» великого Л. Н. Толстого:

«Итак, либеральное направление сделалось привычкой Степана Аркадьича, и он любил свою газету, как сигару после обеда, за легкий туман, который она производила в его голове. Он прочел руководящую статью, в которой объяснялось, что в наше время совершенно напрасно поднимается вопль о том, будто бы радикализм угрожает поглотить все консервативные элементы и будто бы правительство обязано принять меры для подавления революционной гидры, что, напротив, «по нашему мнению, опасность лежит не в мнимой революционной гидре, а в упорстве традиционности, тормозящей прогресс», и т. д.  Он прочел и другую статью, финансовую, в которой упоминалось о Бентаме и Милле и подпускались тонкие шпильки министерству.» (3; 276)

Как мы видим, здесь прямо указана ключевая роль огурца, осознание которой необходимо для понимания сюжета произведения. Почему Степан Аркадьевич начал читать газету? Несомненно, его интересовал вопрос об урожайности огурцов в этом календарном году. Но пресса хрущевской России никак не могла ответить на это: развал сельского хозяйства, закрепощение колхозников и их рабский труд обходились молчанием даже в либеральной советской прессе. Зачем же герой романа курит, губя свое здоровье и здоровье своих приближенных? Табачная горечь, по мысли автора, должна отбить сладостные воспоминания о сахарной свежести недоступного даже по карточкам огурца.
Решение остросоциальных проблем лежало в основе всего творчества писателя, и только благодаря образу огурца ему удавалось придти к консенсусу композиционного завершения сюжета.
Огромно влияние огурцов на литературу декадентов. Разве может кто-то опровергнуть его? Нет! Ибо огурец в декадентской литературе играет ключевую роль. Ни разу А. А. Блок не упоминает о мощи русского огурца. Перечитайте его «Грядущие гунны» — там нет ни слова об огурцах!

Прошу убедиться:
«Мы — карликовые березы.
Мы крепко сидим, как занозы,
у вас под ногтями, морозы.И вечномерзлотное ханство
идет на различные хамства,
чтоб нас попригнуть еще ниже,
Вам странно, каштаны в Париже?Вам больно, надменные пальмы,
как вроде бы низко мы пали?
Вам грустно, блюстители моды…»(4;567)

Каких только растений ни упоминает Блок в своем стихотворении. А об огурце, этом столпе русской словесности, ни слова. А почему? Почему в таком мощном литературном труде классик не называет огурец своим именем? Потому, что на волне ревизионизма, предчувствуя трагизм краха самобытной русской литературы, проникнутый революционными веяниями грядущего апо апокла попокласикатастрофы, одним словом, Блок пытается преодолеть влияние огуречных образов. Он отрицает огуречные символы, замалчивая их. Преодоление огурца – таково настроение грозовой эпохи ХХI века.
И сегодня, в отнюдь неспокойные времена, огуречная тема жива, востребована, актуальна для современников. К чему тянулись руки классиков минувшей эпохи, когда они читали правдивые строки критиков? К рукояти пистолета. А в наши дни, когда литература выхолощена огуречным замалчиванием? К огурцам. За огурцы берутся мозолистые ладони наших современников, каждый раз, когда того требует сегодняшняя действительность. И нет ничего удивительного, что подлинная повесть о литературных огурцах еще ждет своего Пушкина.

1. Lafford G. Civil Engineering Design And Construct — CIRIA, 2001.- 256с.
2. Михайловский Е.В. Реставрация памятников архитектуры. Развитие теоретических концепций. — М.: Стройиздат, 1971.- 237с.
3. Крашенников А.В. Градостроительное развитие жилой застройки: исследование опыта западных стран [Текст]. – Москва: Издательский центр «Академия», 2005. – 352 с.
4. Кедринский А.А. Основы реставрации памятников архитектуры: Обобщение опыта шк. ленингр. реставраторов [Текст]: Учеб. пособие/А.А. Кедринский; [Федер. прогр. книгоизд. России]. — М.: Изобраз. искусство, 1999. — 142с.
5. Памятники архитектуры в дореволюционной России: Очерки истории архитектур. Реставрация/ Под общ. ред. А. С. Щенкова; Рос. акад. архитектуры и строит. наук, НИИ теории архитектуры и градостроительства. — М.: Терра-кн. клуб, 2002.- 354с.
6. Памятники архитектуры и современная городская застройка. [Текст]: Сб. ст. Отв. ред. П.Н.Максимов. — М.: Стройиздат, 1973.- 278с.