– Божественная донна, Вам шлю своё приветствие!
Печаль моя бездонна – уходим в кругосветное…
Эскадра в путь готова – всё зримо, убедительно,
И ждём лишь в пол-шестого сигнала с «Победителя»:
«Буян», «Воитель», «Гордый» да адмирал на «Коршуне».
Финальные аккорды, морских прощаний горше нет…
Скребутся в дверь каюты. Должно быть, боцман Поротый
С приборкою на юте и прочими рапо́ртами.
Всё, больше не могу я, хоть иногда пишите мне.
Целую, Ваш Сергуня. Кронштадт, корвет «Решительный».
Сентябрь. Рейд Манилы. – Мадам, четыре месяца!
Ужель меня забыли? Мне хочется повеситься!
Я ждал письма в Корее, я ждал при встрече с «Кречетом»,
Я вспоминаю Ревель – какие были речи там!
Теперь же понимаю – любовь моя отвергнута,
Однако мичман Маев – он мой товарищ с «Беркута» –
Коль встреча состоится в Сайгоне или в Осаке,
Доставит Вам слезницу с печальными вопросами
О низменном коварстве, о столь жестоком фатуме…
Ваш (бывший) Серж Казарский. Увы, пора на вахту мне.
Уютный домик в Царском. Декабрь. Мокрозимие.
– Какой смешной Казарский! Он что вообразил себе?
Мы, правда, флиртовали, ходили в «Шоколадницу»,
Но, кажется, едва ли у нас могло наладиться:
Волнительно, конечно, быть с лермонтовским Демоном,
Но минула уж вечность – Ау, любезный, где Вы там?
От Вас свободно сердце, давно занять его готов
Хоть каперанг фон Херциг, хоть лейб-гвардеец Гоготов…
Меня Вы извините – бесстрастно и с охотою
Я рву былые нити. Сжигаю Ваше фото я!
20.10.2016.
Автор публикации
