Последний август
«Как ладонью, гладишь сердце
Именем своим имперским:
Август!- Сердце!»
М. Цветаева.
Ненавидящих и злословящих меня прости,
Дай слова, что будут совсем просты,
И сегодня влагаю в раны свои персты,
Я, вчера говоривший » распни».
И до серого цвета, смотреть на какой нет сил,
Так застирана неба вчерашняя синь,
Что одно только радует — много еще осин,
В мире, где обгоревшие пни.
По которому август проходит таким костром,
Что потом, если хочешь — кати шаром,
И крестись, ожидая, чтоб грянул скорее гром,
Если больше нечего ждать.
Смертной тени долиной, где больше не страшно зла,
И чего здесь бояться? — одна зола.
Ты, как хлебную крошку, смахни меня со стола,
И захлопни меня, как тетрадь.
Пусть посыплются буквы и по ветру полетят.
Тем, кто выдержит август — пошли сто крат.
Август — он между раем и адом всегда распят,
Хиросимно-расстрельные дни.
От сгорающих заживо атомных городов
До расстрела поэтов, сквозь горечь слов,
Сквозь поля сумасшедших художников, до основ,
До «помилуй меня» от «распни»,
Через август, полный желтых, хмельных медов,
Полный яблок и прочих тугих плодов,
Пролетаю бумажным журавликом и готов
Отпустить и разжать ладонь.
Ненавидящим и злословящим дай покой,
И, вообще, дай Ты август любым — любой,
Всем по вере, как каждый всегда мечтал, — такой.
Август сладостный, весь подсолнечно-золотой.
Август — это просто огонь.
2010
Август проходит
Август проходит по всем трагичным датам,
по городам, имена нараспев повторяя,
по всем кругам август проходит Дантом.
В самом конце дочитает ли кто до рая?
Август проходит через расстрельный список,
и остаётся лишь моментальный снимок,
август решает каким тебя боком втиснуть
между расстрелом и пламенем хиросимским.
Август проходит, август с горы несётся,
яблоком спеет и сам себя косплеит —
вот он солдат, закрывающий Лорке солнце,
дальше Елабуга — августа день последний.
Август имперский, львиный и аве цезарь,
и тоже брут, и брату всегда не сторож,
что горевать, если проще, конечно, резать,
катится камень, когда его с места стронешь.
Так Святополк убивает Бориса и Глеба,
падает яблоко, клонится спелый колос.
А над Бернгардовкой абиссинское небо,
после того как в августе раскололось.
Что остаётся — голос, немая жажда?
Август, в который «град» выжигает город,
и нет воды, мишенью становится каждый…
Что остаётся, когда знак отличья спорот?
Август, когда обманут чужие флаги,
черное, белое — сверху мазок кровавый,
смотрит сквозь пламя, и знает что в землю лягут
те, кто уверен, что так ещё не бывало.
Август проходит по всем своим приметам,
Яблочный Спас и медовый, потом Успенье.
Что репетирует август — конец ли света,
Света ли пре(д)ставленье?
2020
Борис Бергин
Автор публикации
