Мой август дышит беспределом,
От пуль все яблони в тату.
Капуста копотью оделась,
В осколках скрыв худое тело,
И давит вопли в пустоту.
Карманы зноя опустели,
Дожить бы лету до весны.
Из неразобранной постели
На небо птицей улетели
Мои испуганные сны.
И дела нет немому солнцу —
Оно есть царь в любых грехах:
Босой Христос, от неба консул,
Меняла золота на бронзу,
Топтун на курице в стихах.
Надеюсь, плазма улыбнулась
Пустым в неистовстве словам.
Со смехом, словно тётя Нуланд,
Мне сласти горя протянула,
Чтоб ошалела голова.
Зачем бойцу надежду даришь,
За ней могилу и почёт?
Не дай Господь, в мечту Гардарик **,
В мою любовь мечом ударишь
И кровь по Волге потечёт.
Такое лето, брат. Густое
От холодеющей крови.
Война в Донбассе на постое
И жизнь копеечки не стоит,
Сколь Бога в помощь не зови.
* — Из цикла «Украина, кровь и нэнька. Сборник отчаяния, злости и печали»
** — так викинги до Средневековья называли Русь: ГардАрике (Gardarike) — страна городов от Невы, Волхова, Западной Двины и верхней Волги до Днепра. Смею заметить, что великая киевская княгиня Ольга, ныне святая, была родом из княжеских Порогов под Псковом. Она первой приняла христианство, да не смогла убедить в этом действе своё окружение, яростных защитников язычества, но сумела так воспитать своего внука, будущего великого киевского князя Владимира, ныне святого, что тот убеждением и силой сумел крестить Русь.
2014
Послесловие:
Многие читатели подумают, что кровяное лето есть образ кровяной колбасы. Отвечу на их думку просто: задолго до появления этой еды был кровяной след на траве, земле. Не нужно забывать о кровяном давлении. Оно, вполне возможно, является давлением колбасы на тело, но не на душу.
Автор публикации
