… Тринадцатилетний мальчик подполз к мужчине, лежащему в кустах с автоматом.
— Папа.
Тот повернул голову.
— Что, сынок?
— В лесу чужие. Вон там. — мальчик показал пальцами. — Военные и много. Человек сто, наверное. Сюда идут.
— Игнат… — шепотом позвал мужчина. — Готовься.
В соседних кустах блеснуло дуло ручного пулемета.
— Понял.
— Гриня, предупреди остальных и до лагеря.
— Подожди, папа, они не со злом идут. И боятся чего то. Я нашим сообщил, а пока здесь, с вами побуду.
— Хорошо, только укройся.
Тем временем на лесную опушку вышел мужчина в военной форме с погонами капитана. Постоял. прислушиваясь, потом поднял вверх руку, подавая знак. Голос прозвучал казалось из ниоткуда.
— Стой. Кто такой?
Военный, наклонившись, положил автомат на опавшую хвою, выпрямился.
— Командир третий мотострелковой роты капитан Зотов.
— Что хотел?
— Вас ищем. Со мной…
— Нашли, что дальше?
Капитан примиряюще поднял руки, повернулся.
— Бойцы, выходим. Спокойно, оружие за спину.
Из-за деревьев показались солдаты. Кого-то вынесли на самодельных носилках.
— Игнат, я к ним пойду.
— Хорошо, я прикрою.
Сидевший в кустах, мальчик напрягся. Его отец, выйдя из укрытия, подошел к капитану.
— Раненые у вас.
— Да, пришлось с боем уходить.
— Гриня, что скажешь?
— Они не враги, папа. К нам хотят. Творить портал?
— Капитан… ты и несколько твоих с ранеными в отряд пойдете. Остальные здесь подождут. И пусть оружие в стороне, вон там, сложат.
Военный вздохнул.
— Понятно, не доверяете. Хорошо… Вы с ранеными за мной. Остальные ждут здесь, оружие туда…
… Выйдя из круга света, капитан удивленно огляделся. Среди деревьев аккуратные бревенчатые срубы, дымящиеся печные трубы, дощатая мостовая. Деревня какая-то…
Его толкнули в спину.
— Что встал? Раненых туда несите, в госпиталь. Сам сюда иди, говорить с тобой будут.
Военный подошел к сколоченному из досок столу. Навстречу ему со скамьи встал пожилой бородатый мужчина в застиранной гимнастерке.
— Ну здравствуй, садись поговорим. Ты у нас будешь Зотов Сергей Павлович, капитан. А меня Никитой Анисимовичом звать, люди Дедом кличут. Я здесь и командир, и председатель в колхозе, и советская власть получается… А теперь скажи мне, Зотов, почему ты к нам решил уйти?
Капитан помолчал, вздохнул.
— Неправильно все, понимаешь… Как будто глаза открылись, зло ведь творится… не по закону, не по совести. Деревни сжигают, детей вешают… Как это? И мы… присягу же давали, что народ защищать будем. А из нас кого сделали… То ли каратели, то ли…
Никита достал из кармана папиросы, покачал головой.
— Значит дошло, это хорошо. Все правильно, капитан, вы были и есть часть советской армии и никак по другому теперь не будет. Ладно… Сколько вас?
— Сто пять бойцов. Из разных частей, большинство старослужащие.
— А ты командир…
— Ребята выбрали, по ходу дела. Прежний то, уходить не хотел. Пришлось его…
— Понятно. А вот семья у тебя есть?
Капитан, неожиданно застонав, закрыл глаза.
— Была…
— Ты что, почему была?
— У всех офицеров, семьи в заложниках. Чтобы и думать не смели… У меня жена и два сына, понял?
Дед повернулся к мужчине, сидящему рядом.
— Кузьмич…
— Капитан, последнее письмо от жены откуда было?
— Из дома, город…
— Слушай, мы с тамошним подпольем попробуем связаться. Они помогут, выяснят, что да как. Ничего не обещаю, но если твои живы, вытащат. Да и за сведения спасибо. Извини, Сергей, в голове твоей посмотрели, ты же сам рассказать хотел. Дед, завтра карателей ждать надо.
Капитан кивнул.
— Да… и военные, и наемники, и… не знаю даже кто. Я их раньше не видел.
— А конкретней?
— На монахов походят, только без крестов. В черном, лиц не видно и знаки какие-то странные носят. А еще холодом от них несет могильным. Страх нагоняют.
Никита только хмыкнул.
— Ведаем кто они, то Жрецы Темные. Ну да на эту нечисть тоже управа есть. Мирра… — он подозвал девочку лет двенадцати, что сидела рядом на пеньке, сложив руки на коленках. — Знаешь уже?
Девочка, пожав плечами, кивнула.
— Ага. Не волнуйтесь, мы их встретим. — она улыбнулась. — Нечего им землю да лес осквернять, сдохнут… Ой, а это… Их звать?
— Да зови, пусть поохотятся. Видишь, капитан, какая война у нас… странная. И, поверь, лучше не знать, кого Мирка со своими покличет. Чтоб ты знал… сирота она. Всю ее семью сожгли, жалости в ней нет… Ладно, садись ближе. Где карты? Обсудим, что завтра делать? Смотри, здесь болото, место гиблое. Мышь не проскочит. Там они и останутся…
— А мы как пройдем?
— А для нас там как асфальт проложен. Дорога… Только не спрашивай, капитан, как и что, и бойцов своих предупреди, чтобы не пугались завтра…
… После войны, капитан Зотов найдет свою семью. Дед удочерит Мирру. Но это будет потом…
Автор публикации
