Итак, строфа — это единица высшего порядка и в образнотематической, и в интонационно-ритмической, и в звуковой (рифменной) композиции лирического стихотворения.
Объединение стихов в строфы отнюдь не обязательно. Если поэт дорожит композиционной свободой, он пользуется астрофическим стихом, часто с вольной рифмовкой, т. е. не заданным (как в строфе) чередованием смежной, перекрестной, охватной рифмовки, их комбинаций и усложнений.
В астрофическом стихе вольной рифмовки тематически завершенные куски могут то совпадать с рифменными цепями, то не совпадать, что придает стиху подчеркнутую свободу и прекрасно выражает дух дружеских посланий первой половины XIX века с их нарочитой композиционной небрежностью и свободой переходов от темы к теме («болтовней»); в астрофических элегиях (особенно, если они написаны лирическими вольными ямбами) такая композиция столь же соответствует прихотливому движению лирических ассоциаций; наконец, она, начиная с Пушкина, обычна в поэме.
Выбирая строфическую форму, поэт накладывает на себя дополнительные ограничения — необходимость вложить нужную мысль в заранее заданное количество стихов определенной структуры, зато выигрывает в мерности, экспрессивности речи, отчетливости композиции, часто — в напевности, «музыкальности» стиха. Разумеется, между свободной астрофической и строгой строфической формой имеются, как обычно, различные переходные формы, подробный анализ которых выходит за пределы нашей темы; для примера назовем нетождественные строфы, скажем, четверостишия, в которых может меняться порядок рифм (АБАБ и АББА и т. д.) или их ритмическое строение (АбАб и А’бА’б и т. д.), наконец, количество стихов в строфе, например пятистишие среди четверостиший.
Особый вид нетождественных строф — так называемые полиметрические композиции, в которых чередуются строфы (или, в астрофическом стихе, неравные «куски») разных стихотворных размеров, а иногда и разных моделей (т. е. с разным количеством стихов и разных способов рифмовки). Иногда такое чередование может быть строго упорядоченным, в таком случае каждый размер обычно развивает свою тему, например в стихотворении Баратынского «Последний поэт». Иногда чередование не упорядочено, как в стихотворении Саши Черного «Все в штанах, скроенных одинаково…»: два четверостишия пятистопного хорея, 8 строф четырехстопного анапеста. Но и здесь граница, разделяющая строфы разных размеров, совпадает обычно с тематическим переломом, как и в астрофических полиметрических композициях.
Своеобразна композиция александрийского стиха, очень популярного в XVIII веке и постепенно отодвигавшегося на задний план в XIX: это шестистопный ямб с цезурой на третьей стопе, смежной рифмовкой и непременным чередованием мужских и женских пар рифм. В принципе это стих астрофический, в котором фразовое единство может занимать произвольное количество стихов. Однако в XVIII веке перенос в нем считался «пороком», поэты его избегали, и, как это отмечалось в литературе, была ясно выраженная тенденция к смысловой замкнутости зарифмованных пар, т. е. к скрытой строфичности, не обозначенной пробелом. Примером такой стиховой композиции может послужить «Послание к слугам моим…» Фонвизина. Но надо прибавить, что это не отчетливая строфа-двустишие, синтаксическая замкнутость рифменных пар может нарушаться, что в XVIII веке наблюдалось чаще в драматургии, в коротких репликах, а в XIX постоянно встречается и в лирике, например в известной «Элегии» Некрасова:
Пускай нам говорит изменчивая мода,
Что тема старая «страдания народа»
И что поэзия забыть ее должна.
Не верьте, юноши! не стареет она.
О, если бы ее могли состарить годы!
Процвел бы божий мир!… Увы! пока народы
Влачатся в нищете, покорствуя бичам,
Как тощие стада по скошенным лугам,
Оплакивать их рок, служить им будет муза,
И в мире нет прочней, прекраснее союза!… и т. д.
Это — подлинно астрофический стих, в котором новая тема может разрезать рифменную пару, чередуются фразы разной длины, появляются внутристиховые паузы и переносы.
Близко примыкают к строфам так называемые твердые формы: сонет, рондо и другие. Возникли они в Италии и Франции в эпоху Возрождения и стали достоянием всей европейской культуры. Это стихотворения с заранее заданным количеством стихов и расположением рифм. Особенно популярным в России стал сонет. Первый расцвет сонета — пушкинское время, второй — первая четверть XX века, третий — последние два десятилетия.
Сонет — стихотворенйе из четырнадцати стихов, состоящее из двух катренов (четверостиший) и двух терцетов (трехстиший). В сонетах строго выдержанной формы первый катрен дает тему, второй развивает ее, оба синтаксически закончены; в терцетах — «нисхождение» темы и концовка. Оба катрена пишутся на одну пару рифм, чаще охватных, в терцетах предпочтительнее три пары рифм, порядок их свободнее. В русской поэзии сонеты писали пятистопным или шестистопным ямбом, другие размеры уже нарушают строгость формы[1].
Продолжение следует…
[1] Подробнее о сонете см.: Гроссман Л. Поэтика сонета.— В кн.: Проблемы поэтики/Под ред. В. Я. Брюсова. М.; Л., 1925.
Автор публикации
