И незаметно для себя прошла пора считать цыплят.
На скользком жизненном пути шиза ряды идущих косит,
Простую истину трубя — окончен бал, а с ним и блат.
Предвидя снежной соли сыпь, свалили птицы восвояси.
Зима бодрит, стремясь к нулю, но все понятно про нее.
Пернатый люд по горло сыт вареньем приторным из басен,
Ему уже не лезет в клюв прогнозов сладкое вранье.
Промозглой сырости токсин изъел и плоть, и кость — без спросу.
Покрылась плесенью душа — клозету старому под стать.
А время смылось на такси, меня оставив с мокрым носом,
И нет в кармане ни шиша, чтоб что-то все-таки поймать.
Чем дальше в этот темный лес, тем злее вши моих сомнений.
А был ли — мальчик, муж, поэт и где-то даже гражданин?
От мыслей череп весь облез, в туннеле тусклом — только тени,
А света тут в помине нет, поскольку выключен помин.
Хлебнув мороженых мокрот, базарит ветер на погосте.
Дороги выбитой изгиб ведет к нехватке теплых мест.
И ложка дегтя рот дерет, а чей-то въедливый компостер
Мне компостирует мозги за неоплаченный проезд.
Автор публикации
